Аннотация
Статья посвящена краткому обзору истории стальной пальмы, изготовленной кузнечным способом на заводе НРО в 1895 году.
Ключевые слова: завод, НРО, стальная пальма, выставка.
В 1895 году на заводе Новороссийского Общества каменноугольного, железного и рельсового производства (НРО) получили приглашение принять участие в «XVI Всероссийская промышленная и художественная выставка» в Нижнем Новгороде. Приглашение было любезно принято и на заводе началась работа по изготовлению выставочного павильона. Центральным экспонатом экспозиции стала кованная стальная пальма. В наши дни история этой пальмы «обросла» таким количеством историй, легенд и небылиц, что, наверное, сложно привести пример другого такого же изделия.
Рис. 1. Павильон завода НРО на Нижегородской выставке 1896 года.
Давайте начнем с небылиц. Фактически все они одинаковы, только меняется место действия, участники и повод пари. Суть пари не менялась:
Алексей Иванович Мерцалов кузнец завода НРО – на спор должен был выковать из металла такую же пальму, как стоящая в углу кабака. Вот две версии этой небылицы. Авторов текстов и первоисточники не указываем из «сострадания» к авторам.
Первый вариант:
«Одни считают, что русский кузнец Мерцалов просто поспорил со своим немецким коллегой, кто владеет молотом лучше. Дело было в ресторане гостиницы «Великобритания», где в углу стояла пальма. Мерцалов предложил немцу на спор сделать металлическую копию оной, использовав в качестве материала обычный рельс. Немец, естественно, проиграл, а Мерцалов вошел в историю кузнечного дела.»
Второй вариант:
«Однажды юзовский кузнец Алексей Мерцалов совсем уж было приготовился крепко выпить и закусить. Шел 1895 год, преддверие всех революций. Положение рабочего класса в то время, знаем, какое было: только и оставалось трудовому человеку, что залить мысли о тяжелой своей пролетарской доле вином – по крайней мере, так нам рассказывали в школе.
Но кузнец Мерцалов внимательно смотрел как раз не на дно стакана, а в угол кабака, где высовывались из кадки резные, изящные листья диковинного растения.
Что это? – изумлённо спросил он полового.
Обыкновенно, пальма, ответил тот.
Пальма… Чудо-то какое диковинное! А вот бы выковать это диво из металла, подумал. Да единым махом, из цельного куска, без клепки, без сварки!..»
Неужели авторы не понимали какой бред они написали. Вот ляпы из первой истории.
Или Мерцалов хорошо владел немецким, или немец на столько владел русским, что легко мог общаться с подвыпившим кузнецом? Да и откуда немецкий кузнец взялся в «Великобритании». Гостиница тогда была «отменным гадюшником».
А вот ляпы из второй истории:
Неужели Мерцалов первый раз в жизни зашел в кабак, в котором была пальма? Или пальму только-только привезли?
Все небылицы заканчиваются одинаково: Мерцалов пришел на завод, взял кусок рельса и со своим помощником Шкариным три недели ковал пальму…
Существует еще более невероятная небылица: «Руководство Юзовского завода кинуло клич среди мастеров-кузнецов: кто придумает самую остроумную концепцию презентации рельсов. Идея Мерцалова про пальму оказалась настолько неожиданной и элегантной, что тот сразу получил карт-бланш.»
А администрация завода, узрев диковинное изделие, расчувствовалась на столько, что повезла Алексея Мерцалова в Нижний Новгород на выставку. Мерцалов на выставке был как экскурсант. И совсем невероятное, взяв за основу пальму, соорудили целый павильон завода НРО для выставки.
Только все вышесказанное не согласуется с одним «странным» документом: «Правила внутреннего распорядка при работах на заводе и рудниках Новороссийского общества каменно-угольного, железного и рельсового производства. 1886 год.». [1].
«Рабочий не имеет права оставлять завод до истечения условленного времени, а директор может уволить рабочего за неисправность и дурное поведение до истечения срока. Если рабочий не заключил условие, то все-таки обязан проработать на заводе не меньше месяца, иначе лишается заработка.
За опоздание, то есть неявку в пять с половиной часов, вычет из жалованья: за 5 минут – 5 коп., за 10 мин. – 10 коп., свыше 15 мин. – дневная плата, за прогул целого дня – трехдневная плата. Болезнь должна быть засвидетельствована заводским врачом, в противном случае – штраф как за неявку, при свидетельстве же только не выдается плата за время болезни.
Явка на работу в нетрезвом виде – штраф: в первый раз – 1 рубль, а в последующие – 3 рубля. За курение табаку в местах, где может произойти пожар, штраф: в первый раз – 2 рубля, в последующие разы – 4 рубля.
За небрежную работу, ненужную трату материалов штраф, смотря по стоимости причиненного вреда, а второй раз увольнение…
Уличенный в краже на заводе увольняется без расчета или отсылается в полицию, за поимку вора – награда от 3 рублей.»
Особенно впечатляет фраза:
«За небрежную работу, ненужную трату материалов штраф, смотря по стоимости причиненного вреда, а второй раз увольнение.
Уличенный в краже на заводе увольняется без расчета или отсылается в полицию, за поимку вора – награда от 3 рублей.».
И так!!! Два мужика – Мерцалов и Шкарин – один после вчерашнего – мы помним: «Вчера Мерцалов был в кабаке, где с немцем поспорил» – взяли без разрешения – то бишь украли кусок рельса и три недели делали неизвестно что и с неизвестными результатом… И это в рабочее время и за зарплату!
Теперь давайте поговорим об экспозиции завода НРО на Нижегородской выставке. Вот цитата из статьи Максима Горького о выставке:
«Впрочем, хозяева выставки, русские промышленники, старались об одном «перешибить» соседа: выставка являлась в их представлении грандиозной рекламой фирме. Поэтому основной задачей каждого являлось «прежде всего сооружение умопомрачительной витрины, такой, которая по возможности затмила и стушевала бы все находящиеся в окружности витрины конкурентов.» [2]. Вот здесь у Оргкомитета выставки юзовского завода возникла проблема. А что показывать? Другие показывали и много (рис. 2, 3), и разного…
Рис. 2. Фабрично-заводской отдел на Нижегородской выставке 1896 года.
А заводу Новороссийского Общества каменноугольного, железного и рельсового производства особо то и показывать было нечего. Вот небольшая цитата из сборника «Горное дело и металлургия на Всероссийской промышленной и художественной выставке 1896 года в Нижнем Новгороде : Железо» [3].
Рис. 3. Машинный отдел на Нижегородской выставке 1896 года.
«На выставке были представлены: образцы красного железняка и каменного угля, уложенные в одну колонну, далее образцы флюсов, доломита, кокса, шлаки, образцы литейного и передельного чугуна и образцы круглого, четырехгранного железа и рельсов разных профилей, поставленные в высокие красивые колонны, сопровождаемые изломами их, с показанием всего передела рельса; рельсовые скрепления: накладки, подкладки, костыли, шурупы, болты и гайки; шлифованные никелированные профили (всего до 1300 штук) рельсов и разного железа, нанизанные на отдельном большом экране; огнеупорные материалы и кирпичи для разных надобностей сталелитейных и доменных печей; фотографии, художественные чертежи заводских устройств, диаграммы и статистические пирамиды, изображающие производительность завода.
Кроме того, были представлены дорогие и прекрасно выполненные модели завода и поселка в 1/500 натуральной величины, также доменной печи в 1/38 натуральной величины и центральной каменноугольной шахты в 1/100 натуральной величины.»
Не особо зрелищные экспонаты.
Кто разработал проект павильона завода НРО для Нижегородской выставки узнать не удалось. Были ли это специалисты из Санкт-Петербурга или из Москвы – совершенно неизвестно. Макеты шахты, домны и Юзовки делали в Москве – это факт. А остальное покрыто тайной.
Есть гипотеза о необычных арках павильона завода НРО. На сколько она верна – вопрос спорный. Так как на заводе ничего кроме рельсов не было, решили из них сделать огромные арки (рис. 4). Уже сами арки привлекали бы посетителей в павильон. К ним добавили две колонны, собранные из сортового проката, заполнив одну внутри образцами флюсов, доломитов и т.д.
Рис. 4. Левая сторона павильона завода НРО на Нижегородской выставке 1896 года.
Внутренне пространство решили заполнить макетом Юзовки. Смысловая нагрузка всей экспозиции, возможно была такова:
— В таком маленьком уездном рабочем поселке – тогда Юзовка городом еще не была – делают такие прекрасные рельсы и добывают прекрасный уголь.
Но это только гипотеза.
Оставалось только заполнить пространство на входе в павильон.
И немного о ботанике.
Первые упоминания о культивируемых пальмах в Москве появились в XVIII веке. Тогда жители Москвы начали выращивать в своих садах и парках экзотические растения, среди которых были и пальмы. В городских гостиных и присутственных местах комнатные пальмы стали популярны в сочетании с диванами-пате. Возможно идея появилась случайно во время отдыха проектировщика на диване под сенью пальмы (рис. 5):
— Давайте на входе в павильон поставил диван с пальмой.
Рис. 5. Диван пате с пальмой в гостиной.
А дальше все просто: весь павильон из проката и рельс. Давайте из рельса сделаем декоративную пальму. Рельс был выбран в качестве исходного материала в рекламных целях, как основной продукт завода НРО. Судя по итогу – идея администрации понравилась.
Выковать декоративную пальму поручили кузнецу Алексею Ивановичу Мерцалову. Молотобойцем у него был Филипп Филиппович Шкарин.
Еще один факт, доказывающий, что идея стальной пальмы не принадлежала Мерцалову. В воспоминаниях Ф. Ф. Шкарина есть такая фраза [4]:
— Пальма делалась по эскизу, в который часто заглядывал по ходу работы Мерцалов.
Одна из газет того времени писала «Пальма поражает зрителей высотой, стройностью, удивительным изяществом. Ее темные рассеченные листья, веером расходятся от ствола, были так легки, а тонкий шершавый ствол так гибок, что вначале было трудно поверить, что это не живое растение, вывезенное с кавказского побережья, а тончайшее произведение искусства. Всем хотелось потрогать ее руками.» [5].
Пальма впечатляла не только простых зрителей. Специалисты тоже на нее обращали внимание.
Штейгер — мастер, ведающий рудничными работами Д. Васильев в своей корреспонденции с выставки, направленной в издававшийся в Харькове официальный орган Союза горнопромышленников юга России «Южно-русский горнозаводской листок», приводит следующие сведения:
«Пальма сделана из одного рельса. Ее ствол несет на себе десять листков и вверху заканчивается венчиком. Высота подлинно художественного изделия 3 м 53 см. Молот и зубило вот единственные инструменты, которыми пользовались кузнецы» [6].
После закрытия Нижегородской выставки некоторые экспонаты Новороссийского Общества поступили в Музеум Горного института Императрицы Екатерины II.
Куда первоначально передали декоративную пальму без дивана неизвестно.
«В Путеводителе Мельникова изданного в 1898 году, указано, что все экспонаты Новороссийского Общества были размещены в XII зале Музеума, однако пальма не упоминается. Можно предположить, что первоначально она украшала административные помещения Горного института» [7].
Подтверждением этой версии может служить письмо Директора института господину Хранителю Музеума Института от 12 января 1898 года №56 [8]:
«Принесенную в дар Музеуму Института Новороссийским Обществом железную пальму в вазоне покорнейше прошу Ваше Высокородие записать по шнуровой книге на приход с ценою в пятьдесят рублей».
В этот же день она была взята на учет. Об этом факте в инвентарной книге появилась короткая запись: «1898 г. 12 января. №56. Принесенная в дар Новороссийским Обществом Железная пальма с вазоном. 50 руб.» [9]. После постановки на учет стены Музеума она никогда не покидала. И ни в каком Париже на Всемирной выставке 1900 годе не ездила. Хотя кочевала из зала в зал пальма много раз.
Подтверждением тому, что экспонат «Пальма стальная» в Париж не возили может служит факт, что ни в одной шнурованной книге этот факт не зафиксирован. А делопроизводство в Музеуме велось очень скрупулезно. В книгу записывались все происшествия (рис. 6).
Вот пример тщательности ведения делопроизводства. 28 января 1926 года, во время очередного «переезде» пальме отломали лист. Тут же в шнуровую книгу была сделана запись (рис. 7): «При переноске пальмы из мартеновской стали последняя пострадала: отломан один из листов. Покровский» [10].
Рис. 6. Письмо Директора института господину Хранителю Музеума Института.
Рис. 7. Запись в шнуровой книге Музеума.
Позднее листок был аккуратно закреплен на место с помощью заклепок (рис. 8).
Рис. 8. Отломанный лист пальмы.
Ведущий инженер СКБ РТУ, краевед Мартыненко В.А / УДК 908
Список использованных источников
- ГАДНР. Ф.6. Оп.1. Д.1. Л.68-70. «Правила внутреннего распорядка при работах на заводе и рудниках Новороссийского общества каменно-угольного, железного и рельсового производств. 1886 год.».
- Груздев, И. М. Горький и Нижегородская выставка 1896 года / И. Груздев. – Текст : непосредственный // Смена. – 1932. – сентябрь (№17-18 (229-230). – С.6-7.
- Новороссийское Общество каменноугольного, железного и рельсвового производств // Горное дело и металлургия на Всероссийской промышленной и художественной выставке 1896 года в Нижнем Новгороде : Выпуск 6 : Группа II (58) : Железо / под ред. горного инж. Н. Нестеровского : описание заводов сост. инж.-технологом Н. С. Верещагиным [и др.]. — Санкт-Петербург: типография А.С. Суворова. – 1898. — С.579-594. – Текст : непосредственный.
- Захаренков, К. Еще о пальме кузнеца Мерцалова / К. Захаренков. – Текст : непосредственный // Металлург. – 1953. – сентябрь (№71). – С.4.
- Цирульников, Е. В. Под сенью «Пальмы Мерцалова»: перспективы создания и развития горно-металлургического музея «Украинский Техноленд» / Е. В. Цирульников, — Текст : непосредственный // Черные металлы. — 2010. — №5. — С. 85-88 : ил
- Васильев, Д. Заметки о выставке / Д. Васильев. – Текст : непосредственный // Южно-русский горнозаводской листок. – 1896. — №13.
- Тараканова, Е.С. Стальная пальма из собрания Горного музея / Е.С. Тараканова, — Текст : непосредственный // Черные металлы. — 2016. — март (№3 (1011). – С. 73-80.
- АГМ. Ф.1. Оп.3. Д.53. Л.1.
- АГМ. Ф.1. Оп.2. Д. 89. Л.72.
- АГМ. Ф.1. Оп.4. Д.127. Л.43_об.